К кому из нас, повзрослевших, не возвращается в снах школа? Не просто здание, а живая, пульсирующая нить, связующая с безвозвратно ушедшим детством, где мы уже не просто ученики, но и те, с кого украдкой берут пример. Уверена, в каждом сердце бережно хранится образ учителя, чей светлый лик нет-нет да и возникнет в памяти, словно эхо давно смолкшего школьного звонка.
В этом году исполняется двадцать лет с тех пор, как я переступила порог гостеприимной Савельевской средней школы Наурского района, и двери детства захлопнулись за мной. И всякий раз, когда в памяти воскресают уроки физики, согревающие душу, словно лучи солнца, и теплые, будто солнечные зайчики, классные часы в уютном уголке 7-8 класса, которые вела наш классный руководитель, сердце мое наполняется неизменным чувством глубокой благодарности и искреннего восхищения.
Свое послание я посвящаю Хатуевой Разет Сулеймановне. Лишь сейчас, с высоты прожитых лет, я в полной мере осознаю её бесценный дар – умение зажигать в ученических сердцах неугасимое пламя пытливого познания. В то время не было ни интерактивных досок, ни завораживающих мультимедийных презентаций, лишь скромная меловая доска и безграничная, жертвенная преданность своему делу. Но, несмотря на это, её уроки были словно захватывающие путешествия в неизведанные миры науки, где каждая формула превращалась в волшебный ключ к разгадке сокровенных тайн мироздания. Помню, как, увлечённые её вдохновенным рассказом о законах Ньютона, мы с жаром спорили о траектории брошенного мяча и таинственной, неуловимой силе притяжения. А классные часы превращались в задушевные, откровенные беседы о дружбе, честности и будущем, где она, словно мудрый и опытный лоцман, помогала нам отыскать свой верный жизненный путь среди бушующего моря юношеских сомнений. Как-то на одном из таких часов Разет Сулеймановна зачитала строчки из своего любимого стихотворения, декламируя с таким чувством, с таким выражением, что, казалось бы, хотела донести до нас всю их суть. После я переписала их в свою тетрадочку-песенник, которую храню сих пор. К сожалению, определить доподлинного автора мне не удалось, поскольку интернет показывает разные варианты. Но мне хочется, чтобы вы «прикоснулись» к отголоскам того памятного урока:
Умейте управлять собой,
Во всем ищите добрые начала.
И споря с трудною судьбой,
Учитесь жизнь начать сначала.
Споткнувшись — самому вставать,
В себе самом искать опору,
А если двигаетесь в гору —
Себя в пути не потерять…
Разет Сулеймановна умела видеть в каждом из нас уникальную личность, бережно оберегала наши робкие, едва оформившиеся мечты и воодушевляла на покорение новых, казавшихся неприступными, вершин. И, возможно, именно благодаря ей я осознала: учитель – это не просто профессия, это святое призвание – сеять драгоценные зерна мудрости в юные, восприимчивые сердца, взращивая в них неутолимую жажду знаний и непоколебимую веру в собственные силы.
Не могу не упомянуть об еще одной примечательной черте Разет Сулеймановны. Она была учителем до кончиков пальцев, до последней клеточки. Не помню ни единого дня, чтобы её руки не были безупречно ухожены, а волосы – аккуратно собраны в элегантную ракушку или строгий пучок. А обувь? Неизменно – классические туфли на каблуке. Попробуйте меня заставить ежедневно носить каблуки- понимаете? Это был эталонный, выверенный образ учителя, живущего не в столичном городе, а в скромном, тихом селе, в то непростое, смутное время, когда наша республика лишь начинала мучительно восстанавливаться после кровопролитной, испепеляющей войны. Она была маяком надежды в темные времена.
Теперь, когда я преподаю русский язык и литературу, мои, казалось бы, погребенные под толщей лет знания физики нет-нет да и всплывают, оказываясь бесценным подспорьем. Порой, чтобы оживить урок, приходится прибегать к помощи других дисциплин, сплетая их воедино, словно разноцветные нити в узорчатом ковре. И мои ученики не перестают удивляться, что я до сих пор помню физику. А всё благодаря ей, моей дорогой Разет Сулеймановне, – звезде, осветившей мой путь в познании…
И знаете что? Мне кажется, я невольно переняла метод ведения уроков именно у неё: быть одновременно и строгой, и мягкой с детьми. Помню, на её уроках у меня порой коленки робко дрожали, боясь не запомнить закон или формулу, а на переменах она становилась для нас близкой подругой.
А вот еще одна деталь — то, как она оформляла доску. Каждая строка, каждая буква выводилась с кропотливой тщательностью. Однажды я подглядела, как она это делает: над каждой буквой, у которой есть ножка или верхушка – скажем, например, «н», «ш», «и», «л», «у» – она ставила микроскопические штрихи. Они получались удивительно ровными и по высоте, и по ширине. Теперь я делаю так же, и мне это безумно нравится. Кстати, этот текст написан именно таким же способом… Что еще я у неё переняла? Объяснять самое сложное самым доступным образом… И даже здесь, в тонкостях каллиграфии на школьной доске, я вижу живое воплощение её перфекционизма и любви к своему делу.
И сегодня, спустя двадцать лет, я с щемящей благодарностью понимаю: именно Разет Сулеймановна заложила во мне те незыблемые нравственные ориентиры и неутолимую жажду знаний, которые помогают мне уверенно идти по жизни, не сворачивая с выбранного пути. А ведь я не раз оставляла работу учителя по семейным обстоятельствам, но, как птица, всегда возвращалась в родное гнездо – в школу, ибо в другой работе себя не видела. Её уроки – это не просто сухая сумма знаний, а живой пример беззаветного служения своему высокому делу и бесконечной, всепоглощающей любви к своим ученикам. И за это я говорю ей сегодня: «Огромное спасибо, мой дорогой Учитель! Ваше имя навеки вписано золотыми буквами в летопись моей жизни».
Иман АРСУНУКАЕВА,
учитель русского языка и литературы Математической школы № 1 имени Х.И. Ибрагимова